Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:19 

Жажда мести

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Этот дом ли, этот край?
Эй, приятель, отвечай!
Долог вечер, труден шаг,
Нешто я попал впросак?

Быть не может ни во что!
Нешто мёртвое зерно
Пало в землю у межи?
Уличи меня во лжи,

Вскрой предательский зарок,
Безразличья оберёг,
Загляни-ка в глубину,
Чёрную души нору...

Неужели всё зазря?
Карты пали не щадя
Чёрной мастью алых губ.
Неудавшийся супруг,

Опереточный злодей,
Будь ты проклят меж людей!
Жажду мести схороня,
В дом другой отправлюсь я.

Где ты, враг мой? Кто ты, враг?
Нет души - плачу и так.
Нет судьбы и к чёрту долг!
Голос совести умолк...

Тени...
Тени...
Блеск...
Клинок...
Бейся, бейся между строк!

23:53 

Сестра

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
- Будь как дома, сестра, будь как дома!

Только хлеб на вкус как солома,
Только холодом лют ночлег.

- Никого ты не сыщешь ближе!

Твои слёзы гадюка слижет,
Сотни уст у неё, сотни век.

- Уж не виделись мы давненько!

Обрывает песнь канарейка.
В клюве клёкот, а в пасти яд.

- Обними же меня поскорее!

Снег белеет, но пух-то алеет,
Наливается виноград.

- Ты отведай напитка хмельного!

В кольцах бьётся снова и снова,
Смертью полнится дополна.

- Будь как дома, родная сестрёнка!

Сухожилия лопнут звонко.
Улыбайся же, ну, змея!

20:55 

Дерзновение

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
- На чужбине, братия, во земле иной
Что поникли среброю, други, головой?

- Помнится-мерещится горний зов трубы,
И знамена плещутся государевы.
Видим, как воочию, ворогов отряд,
В сколах-червоточинах белай камень-град*.

- Аль не люба, братия, жизнена купель?
Али память тёмная посшибала хмель?
Не воротишь прошлое, пусть себе храпит,
Не давиться ж воинам в зелени ракит!

- Поутихла хмельная, правду говоришь.
Калидон потеряный, что в подполье мышь,
Что заноза гнойная, девичья слеза.
И забыть бы впору нам, а никак нельзя.

- Отгремели грохоты, обезглавлен гриф**,
Хватит, хватит пахоты в мире тем, кто жив.
На руинах севера*** слёз не пролили,
Но хранимы верою внове проросли.

- Пусть свети нам, Господи! Только где же путь?
На зелёном остове**** уж не продохнуть
От гнилья свирепого, варваров орды.
Нас - в болота! Лепо ли, так его туды?

- Что же делать, братия, нешто горевать?
Где дружина верная, там пребудет рать.
Где стрела певучая, там пребудет бой.
Где не верят случаю, там Господь с тобой!

- Крепок нынче брагою вольный наш костёр...
Ты на смерть надеешься, али на престол?

- Смерть над всяким племенем, в этом ли беда?
Где лишь вьюн забвения*****, там пребуду я.
Где трава некошена, всколыхнётся рожь.
Калидон заброшенный силой лишь вернёшь.

* - Калидон был, да и остаётся одним из немногих каменных городов, что не могло не отразиться в его поименованиях.
** - в качестве животного на гербе второй династии, правящей в калидонии, значился гриф или, иначе, грифон.
*** - калидонцы пришли с севера, подробности этого события на данный момент не известны.
**** - после победы кочевники разрушили Калидон, и тот обезлюдел на долгие годы.
*****
- по преданию трон в глубине города весь порос вьюном, так что за
нежными цветками невозможно было различить каменной основы.

16:35 

Что тебе не сидится в горнице?

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Что тебе не сидится в горнице,
Во избе, изукрашеной резьбою?
Али чадом земным душа полнится,
Али ветры степи песнь поют?

Али бес какой мысли путает?
Дунет-плюнет в глаза ясные,
Что и прямь сама изогнутою
Станет. Родника вода ряскою

Тянет, гнилится, как нечистая.
Да с икон неродным, чёрно-копотна,
Хмурит лик борода! Ночка мглистая,
Хоть до утра пожди безропотно.

Дай болотным померкнуть огнивам,
Мёртвым дай убрести на лежбища.
Не пытай беды сверхособливо,
Перед лихом не будь посмешищем.

Лихо то во дубовом кружеве,
Средь ветвей скрипит, кличет уханьем.
Перекинется, охнет стужею
Из трясин, голосит ухарем.

Кто на зов пойдёт, с глаз людских долой!
Кто на зов пойдёт, сгинет мороком!
Кем бы кто ни был, всяк одной ценой
Смерян-вымерян: олух олухом.

Что тебе не сидится в горнице,
Во избе, изукрашеной резьбою?
Али ждёт за оградой горлица,
Аль гонец со благою вестию?

Ты затеплишь свечу лучинную,
Подпояшешься, добрый молодец,
Да на волю, слагать былиною
Шаг земной из начала во конец.

Не отдам на съеденье волчие,
Не отдам на гниенье топкое
И ножу до крови охочему
Не отдам, и сама не робкая!

Я твоя теперь стану горлица,
Твой гонец со благою вестию.
Все желания поисполнятся
В миг един озорною бестией!

Тропки-путанки заплету в косу,
Крики-окрики мною чудятся.
Не стенать в полях, не плутать в лесу,
Не забыть тебе... Будь же умницей,

Красен витязь мой, не противься, зла
Не точу к тебе! Босоногая
По загривкам дол до тебя дошла,
Сам суди о том, мало, много ли.

И склонишься ниц - подниму с колен,
И коснёшься губ - не отпряну прочь!
Разве в мире есть, кто бы мог взамен
Жизни смерть воздать во глухую ночь?

Я одна воздам - обними сильней!
Я одна воздам - пригуби огонь!
Только мне дано выбирать людей,
Я ведь Смерть сама, полюбовник мой.

00:53 

Восточная страсть

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Я жар телесный с жаром постигаю,
О, цвет дурмана, ночи дивный цвет!
Твоё дыханье - то дыханье края,
Где наслаждению преград от века нет.

Рукой коснуться трепетного стана,
Губами горько-сладкий стон сорвать...
Двум куполам нетронутого храма
По всей красе и высоте любовь воздать.

К ногам твоим, богиня вожделенья,
Я упаду сражённый и слепой,
Чтобы коснуться в пылком дерзновеньи
Атласного тепла. И каждою стопой

Быть опоённым, славя одержимость.
Восточных линий уповая, вверх
Стремиться. Вкус похож на жимолость
У чистоты, с которой смешан грех.

И бёдер девичьих бесстыдное объятье...
Кто может ворожею устыдить
В её правах? Преломленной печатью
Багрится единенья коломыть.

И жар телесный с жаром постигаю,
О, цвет дурмана, ночи дивный цвет!
Твоё дыханье - то дыханье края,
Где наслаждению преград от века нет.

21:19 

Д

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
По запотевшему стеклу
Твоё расписываю имя.
Летит Земля немного мимо,
Орбиты торя колею.

Немеет палец вопреки.
Чему... Пока ещё не ясно.
Тепло моё - совсем не масло,
Окно - не холст, как ни крути.

Скрипит пространство, тяжела
Ему сегодня вышла ноша,
Но недостача хлебных крошек
Заботит больше воробья.

По чужду сторону стекла -
Пернат, нахохлен и серьёзен -
Подкованный в житейской прозе
Сидит, молчание храня.

Искрит обиженная пыль,
Шипит на шарика громаду,
Что не нашёл для променада
Собаки, званной "поводырь".

Пускай покружится земля,
Она всегда встаёт на место.
Хоть в голове немного тесно,
Шутя рисую вензеля.

Одною буквой обольщён
И очертания лелею.
Как будто белая лилея
В воспоминании моём.

По запотевшему стеклу
Твоё расписываю имя.
Летит земля немного мимо,
Орбиты торя колею.

00:30 

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Повержен.
Господи, прости
Мои потерянные мысли,
Мои греховные мечты!

Я жажду.
Не воды, но соли,
Раствора едкой кислоты,
Иль смены надоевшей роли.

Исполнен
Сумрачным дерзаньем,
Закат чертя рисунком вен,
Огня напоенных пыланьем.

Я рвусь,
Раскроен пополам,
Не обрету успокоенья,
Пока не упокоюсь сам.

Навечно
Мышцу из груди,
Окровавленную от боли,
Сорву, как плод земной любви.

Любимой,
Первой и второй,
Несхожим и единым взглядом,
Вручу, склонясь пред госпожой.

Растоплен
Близостью и дна
В ярчайшей нави глаз не вижу.
Я побеждён двумя сполна.

19:02 

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Приходит час для жизни каждой
Кривить обжитые пути.
За самолётиком бумажным
Лети, душа моя, лети.

Порывов ветра не считая,
Пока дождём не хлынул гром,
К уступам каменным Синая
Спеши крылатым кораблём.

Благословенное дыханье
По волнам пенящихся дней
Влеки ладью дорогой дальней,
Рви паруса с упругих рей.

Я дол не ведаю томленья,
Туманов морочную стынь
И неуютного горенья
Морозом слащеных рябин.

Корней докучливые всходы
С кормы дощатой обрубил.
Свободна доля, вешны воды,
И старь осталась у перил

Чуть недогнившего поместья
Чуть непропитой слободы...
Не тешась суетною местью,
Лети, душа моя, лети!

19:54 

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Говорят, за смертной полосой,
За дымящейся полоской влаги
Встретят нас долины и овраги,
Небо новое и город золотой.

читать дальше

23:12 

Свежие фэнтезийные идеи

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Думал я сегодня, думал... И так затёр мысли, что они обиделись и ушли.
Пришлось вместо философских глубин постигать тайны банального
юмористического фэнтези made in Russia. И восплакал я горько об
отсутствии у авторов фантазии... Вы только подумайте, сколько идей
лежит под ногами, а ими никто не пользуется! Вот скажем...

читать дальше

И
это лишь ничтожное число идей! Совершенно, совершенно отсутствует
фантазия у авторов. Пойду ехидно горевать по этому поводу. В гарем

23:44 

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)

19:33 

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Нет, не сюзерен, не вассал,
Не герой, не предатель уз...
Кто бы мой портрет написал,
Чтоб ему не в тягость был груз?

Написал на грязной стене,
Спрятав от назойливых рук,
Красками - дешевле, чем медь,
Литая в копеечный стук.

Напоследок мазнув разок,
Память сбросит, как кожу змей.
Отхлебнёт абсент иль там грог...
Что ему до моих затей?

Пусть идёт, поклонюсь во след,
Осеню дрожащим крестом.
Не беда, коли крив портрет,
Я и сам не Ален Делон.

Не беда, что солгут цвета,
Что неряшлив штрихов разбег.
Сероглазых дождей чреда -
Не беда. За короткий век

Переплавится образ мой,
Дух единства сойдёт на нет,
И, когда я срастусь с землёй,
Сохранит полинялый след...

Нерождённый ещё, во тьме,
Что пугает людей живых,
Отыщи, раскопай, разбей
Немоту прежних лет, и стих

Мой... конечно, не прозвучит.
Только свет полустёртых глаз
Без фанфар и помпезных свит
Оживёт на миг... И отдаст

Богу душу в небесный скит.

18:54 

Улыбайтесь, инопланетяне любят идиотов!

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Сегодня радость моя была велика: в мои руки попала замечательная книга
Захария Ситчина "Назад в будущее. Разгадка секретного шифра Книги
Бытия". Кто меня знает, тот верно уже понял, в чём заключается
замечательность сей книги. Незамутнённый поток бреда, сгенерированный
автором потрясает воображение и заставляет жизнерадостно хихикать,
переходя от одной страницы к другой. Правда мешает обилие фотографий и
реальных фактов о космосе - они, честное слово, лишние. Проку с них всё
равно никакого, а наслаждаться бредом мешают. Но, тем не менее, мне
удалось посмаковать книгу. Изначально хотел сделать крупный обзор, но
потом понял, что многие куски пришлось бы вставлять целыми страницами -
настолько безудержны взлёты авторской фантазии. Поэтому выкладываю сюда
лишь ничтожную и, пожалуй, не самую весёлую часть. Наслаждайтесь!

читать дальше

Про то, как инопланетяне создавали
людей для работы на своих рудниках, и прочие изуверства даже
рассказывать не буду - автору бы фантастические романы писать, цены б
не было. Зарывает талант в землю, ой зарывает... Вместе с наукой - в
одну могилку.

17:54 

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
И мысли всё те же, и чувства.
Эмоциям - грош цена.
Порой так пустынно искусство,
Что в горло не лезут слова.

Пустоты душевного толка
Не лечатся, хоть ты плачь.
И в сердце зашита иголка -
Незримый мучитель-палач.

Не в накипи серой дело,
А просто не так и не то.
Как будто бы перегорело
Всё то, что гореть должно.

20:17 

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Качается небо, голова кружится, вопросы ноют ранами... Сколько времени
мы проводим во времени? И не слишком ли тяжко бремя то - жить, всегда
подчиняясь стремени?

00:50 

Письма с поля боя

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
В связи с войной, развязанной ICQ, всё-таки расширил зону своего существования в сети. Теперь меня можно отыскать для обмена сообщениями через ICQ, qip.ru, LJ Talk, Google Talk и Мейл.Агент... Дождь благодарностей на головы создателей QIP Infium! Благослови Господь их великий труд на наше благо. Теперь можно жить спокойно, не боясь дисконнектов.
В очередной раз убеждаюсь, что будущее за приставкой "мульти". Вместо единой системы мы перейдём к многообразию систем, имеющих близкие стандарты интерфейсов, так что будем воспринимать их так, как сейчас воспринимаем разные браузеры. Кому что удобно, тот тем и будет пользоваться. Многообразие средств связи уже пришло... Программное единство мирно почило и приказало нам любить много и разных.
Да будет так.

09:20 

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Вечер мой, вечер, почто ты молчишь?
Пуд серебра на заплаты извёл,
Зимних засовов скрипучую тишь
Смазал усталостью. Хладен и квёл,

Будто дыханье уснувшей земли,
Переворошенной стуком лопат.
Влажных небес ледяные цветы
В руки, вальсируя плавно, летят.

Лунной капели следы на снегу,
Волку раздолье, да волка где взять?
Мне бы дворнягой - поближе к теплу,
Мне не по норову серая стать.

Дремлет огонь межевых фонарей,
Львиного края не зная границ.
Стаями ломких скрипучих теней
Время нам под ноги бросится ниц.

И в голубом королевстве ночи
Вечно искать полыхающий ключ.
Время завьюжит людские мечты
Средь остывающих каменных круч.

09:20 

Жизненные принципы Эгоистичного Потребителя Искусства и Критики

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
1. Настоящий ЭПИК не интересуется ничем кроме непосредственно объекта потребления. Усталость авторов, их титанические усилия, огонь в глазах, забавные рекламные акции и божественная красота не волнует ЭПИК. Если продукт получился дрянным, ЭПИК категорически отказывается признавать его неплохим, даже если с автора сошло семь потов и вообще он выглядит крайне несчастным первопроходцем.
2. Настоящий ЭПИК ценит себя превыше автора. Он ни в коем случае не снижает планку качества, даже если видит, что автор и правда старался.
3. Настоящий ЭПИК знает две категории искусства: для детей и для взрослых. В крайнем случае он согласен делить искусства исходя из культурных особенностей. Но это последняя поблажка. Закрывать глаза на явные ужасы воплощения идеи, равно как и на отсутствие самой идеи ЭПИК ни в коем случае не будет. Хотя его часто стараются убедить, что в этой категории искусства глаза закрывать нужно.
4. Настоящий ЭПИК с большим сомнением относится к идее о том, что искусство в той или иной области к чему-то не готово, до чего-то не доросло. Иногда он может покивать на подобные замечания, но потом всё равно заметит, что объект потребления - дрянь. Потому что в глубине души ЭПИК точно знает: хвалить нужно только тех, кто дорос.
5. Настоящий ЭПИК ни с кем не воюет. Он и так знает, что прав.
6. Настоящий ЭПИК не считает критику гласом великих и гениальных людей. Он считает критику средством коммуникации, создающим возможность для повышения интерактивности объекта потребления. ЭПИК интересует обсуждение и взаимодействие мнений.
7. Настоящий ЭПИК в связи со своим отношением к критике не любит прилизанных и тоскливых отписок. Если критика составлена из красивых, но казённых фраз, ЭПИК она не заинтересует. Он ценит эмоциональность, яркость и готовность анализировать.
8. Настоящий ЭПИК уверен, что его мнение всегда уместно и значимо. Иначе и быть не может!
9. Настоящий ЭПИК не любит, когда мямлят и неуверенно шепчут "по моему скромному мнению", "не претендуя на истину", "мне всего лишь показалось". Ему скучно читать и слышать подобное.
10. Настоящий ЭПИК не боится ударов. Он всегда помнит о своей великой роли: служить бастионом в море неуверенных и жалостливых.
Аве ЭПИК!

09:19 

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
В пыли архивов будущего века
Не нам лежать на полках, милый друг.
На лаврах пожинаемая нега
Других отыщет. Сладострастных мук

Творения испытывать негоже
Тому, кого в скрижали не внесут,
Кто не герой, не государь-надёжа
Иль неземного гения сосуд.

Зато страдать посмертной аллергией
На аромат пустых библиотек
Нам не придётся. Всё дуально в мире,
Тем утешайся, близкий человек.

А в закорючках старых летописца
Остаток смерти провести? Тоска!
Строку уделит или, там, страницу -
Не больно-то высокая цена.

Да хоть и книгу, верь мне, всё пустое.
Но я к тебе пришёл не налегке:
Суставы тяготит вино златое.
И верю, что поможешь ты в беде.

09:19 

"Может это и твой кошмар, но правила - мои!" (с)
Пьёт небес голубое застолье
Цельнотканный шафранов цвет.
Будто времени больше нет,
Будто кончено многословье
И нарушен последний обет.

Я дыханье скрепил, и запертый
Альвеолы рвёт кислород.
Сердца гулкий холодный грот
Не обманет, я труп на паперти -
Всё из праха и в прах прейдёт.

Здесь земля от солнца калёная,
Медь нещедрая ступни ест.
Дремлет смерть, подпирая крест,
Без исподнего, в плащ завёрнута.
Манит смерть женихов-невест

Серых глаз сухих редким проблеском.
Поистрёпан шафранов цвет,
Праздненств будничных чахлый след
Еле слышно дурманит вереском,
Словно памятью давних лет.

Пустотою насквозь проколотый,
Ледяной тишиной объят,
Оставляю зов райских врат
На других, в мир, как в бронь, закованных,
Отрицающих всякий хлад.

Если ветхое сдёрнуть рубище,
Обнажится степная боль,
Зов полынной травы сухой.
Ветер вихревый стонет-кружится,
Сеет звёздный дождь, будто соль.

Так пускай пьёт и впредь застолье
Цельнотканный шафранов цвет.
Будто времени больше нет,
Будто кончено многословье
И нарушен последний обет.

Дом Всех Цветов

главная